Александр Васильевич Суворов (1730 – 1800гг.) – единственный в мире полководец, не проигравший ни одной битвы, четвёртый генералиссимус в истории России и кавалер всех российских орденов своего времени, вручавшихся мужчинам.

В Мытищах открыли памятник А.В. Суворову в 2003 году. Памятник выполнен из меди и поставлен на гранитное основание в сквере на Олимпийском проспекте. Предпосылкой постановки сего монумента служило то, что на территории Мытищ есть село Рождествено-Суворова, вотчинное владения рода полководца. В этом селе похоронен отец Александра Васильевича.

Будущий генералиссимус начинал службу рядовым при дворе Елизаветы Петровны. В 1779 году Семёновский полк, где служил Александр Васильевич, нёс караульную службу в Петергофе. Стоя на посту у Монплезира, Суворов так старательно и ловко отдавал честь императрице, что та, проходя мимо, решила уточнить, как его зовут и протянула солдату серебряный рубль. Суворов заявил, что на посту брать денег не положено, а Елизавета Петровна оставила монету у его ног и повелела забрать при смене караула. На следующий день рядового Суворова произвели в капралы, а рубль, подаренный императрицей, он хранил всю жизнь.

В детстве Александр Суворов был слабым и болезненным ребёнком и, судя по всему, ему было уготовано гражданское будущее. Но уже в те годы будущий полководец проявлял интерес к военному делу. На службу в Семёновский полк молодой Александр попал по наставлению и рекомендации прадеда А.С. Пушкина Абрама Ганнибала. Именно он убедил отца Александра Суворова уступить наклонностям сына.

В Швейцарском походе русская армия, вышедшая из окружения без боеприпасов и продовольствия, разбившая все войска на своём пути, потеряла порядка 5000 человек (около 1/4 всей армии), многие из которых погибли при горных переходах. Но потери французской армии, которая превосходила русскую по численности, были больше в 3-4 раза. Кроме этого, российской армией пленено было 2778 французских офицеров и солдат, более половины из которых Суворов смог прокормить и вывести из Альп, что стало ещё одним свидетельством его великого подвига.

В немилость Александр Васильевич попал в начале царствования Павла I. На приказ о введении новой российской военной формы Суворов отреагировал замечанием: «Пудра не порох, букли не пушки, коса не тесак: я не немец, а природный русак!». И это только одно из известных нелестных публичных высказываний полководца в адрес императора.

17 февраля 1797 года Суворова императорским приказом отправили в отставку, лишив права ношения мундира. Весной он уехал в своё имение близ городка Кобрин (Беларусь), а позже его выслали в Новгородскую область. При нём был лишь его адъютант Фридрих Антинг. Суворову не разрешалось выезжать далее, чем на 10 км от села, обо всех его посетителях докладывалось, а корреспонденция перлюстрировалась.

Справедливости ради стоит отметить, что Павел I несколько раз пытался помириться с Суворовым. Но полководец-изгнанник ответил курьеру, доставившему письмо от императора, что ему вести переписку запрещено. На приказ же императора явиться в столицу полководец попросил у царя разрешения уйти монахом в Нилову пустынь.

Возвращение Сурова всё же состоялось. Павел I написал ему: «Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться. Виноватого Бог простит» и призвал обратно. Когда Суровов вернулся в Петербург, Павел собственноручно надел на графа цепь ордена Св.Иоанна Иерусалимского и знак большого креста. «Боже, спаси царя!», — воскликнул Суворов, на что Павел I ответил: «Тебе спасать царей».
Как только Суворов в своей белой рубашке появлялся на поле боя, войска, даже терпевшие до этого неудачу, с новыми силами шли в бой. Российский генерал-аншеф Отто Вильгельм Христофорович Дерфельден, который знал Суворова более 25 лет, говорил, что Суворов – талисман, который «довольно развозить по войскам и показывать, чтобы победа была обеспечена».

Когда австрийский император делал попытки вернуть Александра Васильевича Суворова к командованию австрийской армией, то начал активно раздавать награды. Он прислал две ленты военного ордена Марии Терезии, цепь военного ордена Святых Лазаря и Маврикия, два ордена на шею, множество орденов в петлицу, чтобы Суворов распорядился ими по своему усмотрению. Суворов же практически никого из отличившихся в военных действиях не наградил. Дождь наград он обрушил на сопровождавших армию чиновников и родственников. Золотой медалью на шею, на которой был запечатлён профиль сардинского короля, Суворов наградил своего камердинера Прошку. Так Александр Васильевич оценил награды от вероломных союзников.

Возвращаясь из швейцарского похода Суворов оказался в городе Нейтинген, где посетил гробницу австрийского фельдмаршала Лаудона. Читая пышные, многословные дифирамбы, прославлявшие Лаудона, он произнёс: «К чему такая длинная надпись? Завещаю на моей гробнице написать только три слова «Здесь лежит Суворов». Воля полководца была нарушена. На его могиле положили плиту с длинной надписью: «Генералиссимус, князь Италийский, граф А. В. Суворов-Рымникский, родился в 1729, ноября 13-го, скончался 1800, мая 6 дня».

Только через 50 лет после смерти Суворова его внук, Александр Аркадьевич, которому соратники деда рассказали о его последней воле, после долгих хлопот смог выполнить волю деда. Надпись на могиле заменили короткой, в три слова: «Здесь лежитъ Суворовъ».


Автор фото и статьи — Елизавета Маринченко